Жили-были старик со старухой у моря.

Жили бедно – сплошная непруха и горе.

Ничего хорошего в жизни не видали,

В общем, хер без соли и лука доедали.

Но однажды деду, всё же подфартило,

И селедка иваси в сети угодила.

Скинул старый тапки, рыбку чтобы взять,

А она ему кричит:

“Стой, е@ёна мать!”

Удивился старый хрыч, очень испугался,

Только пятки засверкали, так домой съ@бался.

Он всю жизнь рыбачил, но не знал чудило,

Чтоб когда-то, с кем-то, рыба говорила.

Бабка стала наезжать: “Нечего сидеть!

Надо шлёпать к морю, и с рыбой попи@деть!

Хоть корыто попроси, раз уж так случилось,

А то наше, посмотри, совсем, уж развалилось”.

Дед смотался к морю, с рыбой перетер,

И джакузи ванну, через час припер.

Вызвали сантехника, а вода не льется,

— Будете ведром таскать. Из того колодца.

Не проходит и двух дней, бабка ноет снова:

— Эй! Ступай к селедке, старый Казанова.

И квартиру с “Мерсом”, попроси козел!

И старик послушался. К иваси побрел..

— Дай квартиру с “мерсом”, – говорит селедке. –

А для меня шмат сала и побольше водки.

Возвратился, видит: вошла старуха в раж –

Трехэтажный особняк, “Мерседес”, гараж!

И кричит ему в лицо:

— Быть не хочу, крестьянкой!!!

— Ну, а кем ты хочешь быть?

— Светской лесбиянкой!

Старый – пулей к морю, с рыбой поболтал,

Возвращается домой. И что ж он увидал?

Баба на постели, лежит с какой-то шкурой…

И друг о друга труться старые две дуры.

— Передай селедке, что будет жить у нас!

Чтоб не бегать с просьбами, к морю каждый раз…

— Может с рыбкой, бабка, завязать пора?

Но она его взашей, гонит со двора.

Он поперся к морю. Море все бурлит!

Он дождался рыбу и тихо говорит:

— Охренела баба, так вот, мол, и так…

— Ладно. Всё. Не парься. И, прощай чувак!

Он подходит к месту, где их дом стоял,

Ноги подкосились и старик упал.

Все вокруг разбито, будто бы снарядом,

И сидит старуха. И корыто рядом.